Ко дню рождения — моя старая зарисовка.

Как-то, наверное, нескромно (а, может, и смешно) выглядит, что как ни день рождения или юбилей известного человека, — так вечно Павлова тут как тут со своими мемуарами: «а вот мы с иваниванычем, помню…».

Одним словом, «на фоне Пушкина снимается семейство»…

Но, что поделать: наш пятачок всегда был маленький, узенький, все друг друга знали, все друг с другом встречались при разных обстоятельствах, так что вот…

Я была совсем молодая киноведша, когда меня познакомили с Тарковским.

Как водится, в ресторане московского Дома кино, примерно, за год до премьеры «Сталкера».

Я на тот момент как-то привыкла считать, что Тарковский — в общем, молодой режиссер (ну, примерно, в таком ключе: «молодой гений»). А оказался довольно мрачный мужик, одетый модно и с претензией (в Питере одевались по-другому), совсем не молодой по моим тогдашним понятиям, и все перед ним за столом ужасно лебезили. А еще ужаснее было то, что ему это явно нравилось.

Он был довольно саркастичен, и, время от времени, сквозь зубы как-то очень обидно для окружающих шутил. Я ждала, что кто-то взорвется, но все молча хавали.

У нас-то на «Ленфильме» был другой стиль отношений всех со всеми: все «на ты», все лёшисенивовы, исключения — лишь для классиков. Ну и, соответственно, все всем говорили, что хотели, без табели о рангах. В Москве уже тогда было по-другому.

Ну, мое какое дело.

Я забилась в угол стола, кругом обсаженного знаменитостями, да помалкивала.

В общем, он мне не понравился. Ну, вот у меня так часто бывало: мне кино нравится, а его создатель — не очень. Хотя про фильмы Тарковского говорить «нравится» — смешно и глупо. Я по ним с ума сходила. Ну, за исключением, пожалуй, «Соляриса» и двух последних лент. То есть, я и про эти ленты понимала, что они сделаны выдающимся мастером, но вот так.

А потом, собственно, премьера «Сталкера» в Доме кино, про которую как-нибудь расскажу отдельно.

И вот, сталбыть, ленинградский кинотеатр «Художественный» приглашает ААТ после премьеры «Сталкера» два вечера подряд провести встречи-диспуты со зрителями, а у него тогда материальное положение оставляло желать, и он согласился.

А мне предлагают вести эти его беседы с народом. Я, натурально, в полном восторге. Но держу фасон и делаю вид, что мне вести творческие вечера (мастер-классы, как бы сейчас сказали) великого человека — пустяк-дело.

И вот он в первый вечер приходит, два тогда совсем еще молодых, но уже обласканных большой славой питерских режиссера (считающих себя его учениками) — за ним пальто по очереди носят, Лариса Пална куда-то запропала (не было ее в первый вечер в «Художке»).

ААТ спрашивает меня: «Ну, про что говорить-то будем?».

— Да, про что спросят, про то и будем! — пижоню я, хотя у самой поджилки-то подрагивают.

Пока сопровождающие пьют чай в кабинете директора, он молча ходит со мной по еще пустому фойе, увешанному плотниковскими портретами актеров и актрис в цветах и шляпах, и язвительно кривится. Мне неловко — то ли от молчания, то ли еще от чего. И я говорю:

— Андрей Арсенич, странные, всё же, люди — артисты, правда?

Он смотрит на эти портреты, иронически усмехаясь в усы, и отвечает: «А вы уверены, что они — вполне люди?!».

…Назавтра мы уже встречаемся как добрые знакомые: предыдущий вечер прошел хорошо, диалог получился, публика готова была его на руках носить, в общем, скепсиса и язвительных усмешек у мэтра поубыло.

Он как-то даже помолодел, стал улыбаться и приосанился. На него — вопреки моим представлениям о небожителях — публичный успех действовал точно так же, как и на обычных людей: ему нравилось.

Второй вечер прошел еще круче.

Всё-таки, за питерскую публику — по крайней мере, тогда — стыдно не было: публика была супер! Всё понимала, ловила нюансы влёт, считывала намеки, и с юмором было всё в порядке.

И вот уже всё окончилось, уже коньячок в кабинете директора, Лариса Павловна, два молодых гения, ААТ.

— А вам-то фильм как? — вдруг спрашивает меня ААТ.

Я сказала, но что-то в моем ответе (вполне восторженном и подробном) Тарковскому показалось подозрительным, и он стал допытываться. Я и брякнула:

— Ну, вообще-то, меня учили, что если чужим пользуешься, на цитату ссылочку бы неплохо оставлять…

— Не понял… Вы про что?

— Ну, как: про золотой шар и свидригайловскую баньку…

Он некоторое время молчит и хмурится, ему явно не понравилось, то, что я сказала. У меня сердце упало в пятки, но он вдруг улыбнулся.

— Ну и молодец, что заметила. Но больше не говори никому!

Я киваю головой, как китайский болванчик, и в тот же вечер нарушаю обещание, хвастаясь половине города своей прозорливостью.

… Проходит сколько-то времени, наступает 50-летний юбилей Тарковского, в питерских кинотеатрах везде показывают его ретроспективы, все пишут юбилейные статьи о нем, снимающем сейчас в Италии, и вдруг — как гром средь бела дня: Тарковский остался за границей. Для всех это такой шок, что новость даже не обсуждается особо; просто я вижу, что в тот вечер куча народу напивается в ленинградском Доме кино…

…Проходит еще сколько-то времени, и Тарковский, про болезнь которого все, конечно, знали, умирает. И снова шок: словно все надеялись, что уж его-то смерть непременно пощадит…

Мы сидим вчетвером в Доме кино, в ресторане — Герман с Кармалитой и мы с Павловым, пьем, Герман вдруг всхлипывает и говорит:

— Пусто стало…

Выпивает одним махом, и разражается длинным монологом про то, что даже если бы ААТ ничего больше не снял, самим фактом своего существования он поддерживал бы в человечестве идею о том, что культура жива.

Возразить нечего.

 

Тридцать лет без Тарковского — много это или мало?

С таким же успехом можно подобный вопрос задать о любом великом мыслителе, реформаторе языка, просто о великом художнике.

И ясного ответа на этот вопрос не будет ни у кого. Вернее, будет: у каждого свой.

К тому же, в нынешнем году исполняется и 50 лет фильму «Андрей Рублев», — ключевому для понимания Тарковского как художника и философа.

Об Андрее Тарковском написаны тома, о нем снято множество фильмов, и, наверняка, еще много будет написано и снято.

Он создал свой уникальный кинематограф, масштабный киномир, — у которого за эти тридцать лет появилась масса подражателей. Его особый способ кинематографического мышления, кинематографической пластики пытались копировать. Копии иногда были даже недурны. Шедевров, однако, среди этих копий не случилось.

Сегодня — как и тридцать лет назад — язык Тарковского по-прежнему уникален и безошибочно узнаваем с первого взгляда.

И всё-таки, ныне о кинематографе Тарковского куда глубже, чем киноведы, размышляют философы и богословы. Именно им искусство Тарковского дает сегодня массу поводов рассуждать о состоянии человеческого духа, о том, как, куда, какими путями движется человек, как строятся его отношения с Вечностью.

Наша ретроспектива «30 лет без Тарковского», вобравшая в себя всё, снятое самим Мастером, и многое (практически, основное) снятое о нем, — призвана решить важную, пусть и не глобальную задачу: позволить зрителю просто прийти в кинозал и увидеть этот кинематограф целиком, с «комментариями» современников, каковыми, без сомнения, являются собранные в программе документальные фильмы об Андрее Тарковском.

Темы

Коронавирус Мировое кино Карен Шахназаров Ленфильм Наталья Пушкина Юрий Павлов Пушкин Алексей Балабанов Николай Лебедев Кира Муратова Отар Иоселиани Авдотья Смирнова Алиса Фрейндлих Олег Басилашвили   Кинофестивали Алексей Герман Никита Михалков Николай Еременко Иосиф Кобзон Франко Дзеффирелли Мастерская Первого и Экспериментального фильма Наше кино Ефим Копелян Блог Видео Павел Лебешев Людмила Гурченко ТВ СМИ о нас Дом кино Лекции Римма Маркова Автор: Юрий Павлов Светлана Крючкова Публичные встречи Илья Авербах Публикации в СМИ Марчелло Мастроянни Эва Шикульска Анатолий Эфрос Футбол Круглый стол Текст Расписание РосПрограмм Георгий Товстоногов Федерико Феллини Андрей Тарковский Игорь Владимиров Автор: Ирина Павлова День Победы БДТ Борис Хлебников Елена Соловей Юрий Никулин Крошка-енот Михаил Козаков Андрей Петров Фото Квентин Тарантино Андрей Звягинцев Олег Стриженов Бернардо Бертолуччи Лариса Гузеева РосПрограммы ММКФ Автор: Марианна Голева Радио Юрий Богатырев Евгений Леонов Вия Артмане

Дом Павловой

Культурно-просветительский проект

Ирина Павлова в Фейсбуке

Страниц в других соцсетях у Павловой нет.

Дом Павловой

Культурно-просветительский проект

Обо мне Павлов О проекте Видео | Лекции
Тексты | Публикации в СМИ | Блог
РосПрограммы ММКФ

Ирина Павлова в Фейсбуке

Страниц в других соцсетях у Павловой нет.

Аккаунты проекта в соцсетях: