Соловей. Сызрань

Не помню, какой год, но самый расцвет брежневского застоя.

С культурой в стране всё замечательно — фильмы, спектакли, книги — прекрасные.

С низменным всё ужасно — от слова совсем. Это я про еду, про одежду, про туалетную бумагу, наконец. Ну, и книг тоже не купить.

Меня направляют от Бюро пропаганды советского киноискусства в город Сызрань с лекциями о кино. Гонорары так себе, но не всё же по «хлебным местам» кататься, в Сызрань тоже кому-то надо. Поэтому с кислой рожей (предвидя все прелести близлежащего недельного быта) собираюсь в дорогу, наделываю на неделю мужу и сыну супов и котлет, и еду (уже не помню, как — кажется, поездом).

Чтобы был до конца понятен антураж жизни, напоминаю: интернета никакого нет в природе, по межгороду звонить можно только с почты, по телевизору — одна программа. Первая, она же и последняя.

Меня, как водится, встречают местные руководители отделения Бюро, селят в гостиницу. Страшнее этой гостиницы — только моя жизнь. Мне предоставлен трехместный холодный номер, с тараканами, и я сплю, не гася света, в надежде, что они на меня не заползут при свете — постесняются.

Из крана в ванной льется странного цвета вода — но мыться надо, и я моюсь с закрытыми глазами, чтобы не видеть, какого цвета капли стекают по моему лицу и телу.

В гостиничном буфете — мрак, на который даже страшно взглянуть.

Иду в ближайший гастроном, покупаю там какие-то пирожки с капустой, двухлитровую бутылку нарзана, пачку краснодарского чаю и коробку сахара — это будут мои завтраки на неделю (кипятильник всегда с собой, кипятить буду нарзан, с ним же чистить зубы). Предполагаю, что ужинами будет кормить приглашающая сторона, а обеды я давно исключила из своего режима дня как класс.

В общем, ничего хорошего не жду от жизни в принципе, кроме гонорара (который хоть и маленький, но всегда хороший).

И да: я понятия не имею, по какому принципу составляется программа лектория, она мне выдается уже в готовом виде вместе с яуфами фрагментов и фильмом, который я буду показывать.

Крутить я буду фильм «Раба любви», в качестве фрагментов мне дадены отрывки из «Драмы из старинной жизни» Авербаха, «Обломова» того же Михалкова, «Жена ушла» Асановой и фруминский «Дневник директора школы». Тема — современная советская кинорежиссура. Ничто не напрягает. (Поскольку есть «Обломов», то предполагаю, что на дворе год 1980–1981-й).

Первое правило профессионала: отсмотри фрагменты до лекции, чтобы не вышло ерунды (со мной уже бывало, когда в банке с пленкой оказывалось совсем не то, про что я говорила, и я потом долго утихомиривала ржущую аудиторию).

И я отсматриваю. И слегка обалдеваю. Во всех фрагментах в центре у меня — Елена Соловей.

Интересно, с какого бодуна они мне этого напихали?

Ну, я Лену люблю-обожаю, но это же Сызрань! Тут бы им Нонну бы Мордюкову или Татьяну Доронину в кадр, а Соловей — «не ихний формат».

Ну, чего напихали, того и напихали. Ладно.

Читаю лекцию. Зал полный (у тогдашних лекториев всегда был полный зал, это не персонально ко мне относится, хотя лектор я хороший).

На каждом фрагменте — не просто шквал аплодисментов, а прямо вот овация и крики «Браво».

Слегка охуеваю от культурного уровня населения города Сызрань, дочитываю лекцию до конца, вопросы, пожалуйста.

Лес рук (охуеваю еще больше, обычно вопросов нет вообще).

И начинается: А вы знакомы с Еленой Яковлевной? А с ее мужем? А как она там? А сколько у нее детей? И так далее. И я, отвечая на все эти вопросы, уже понимаю, что она, видимо, отсюда родом и все ее хорошо помнят и страшно ею гордятся.

А меня про то никто не предупредил, а интернета нет, и тема — про режиссуру, и специально справок про нее я не наводила и ей самой не звонила. Так что отвечаю не по правилам, а просто то, что знаю про нее сама, что рассказывали мне мои друзья Юра Богатырев и Витя Аристов; рассказываю про нее, ее мужа, гениального ленфильмовского художника Юру Пугача. Организаторы меня уже силком стаскивают со сцены: впереди следующее выступление. Часть публики едет следом на мной на следующую площадку.

Там я уже готова к расспросам, там собралась — вечером — местная интеллигенция, и потому в конце я задаю залу свой вопрос: я вот уже тут походила, посмотрела, послушала, и скажите мне, пожалуйста, как в этом вашем чудесном городе мог вырасти такой восхитительный экзотический цветок? Я правда не понимаю.

И какая-то пожилая женщина мне, юной снобихе, тогда ответила: «Знаете, милая барышня, что самые прекрасные экзотические цветы вырастают именно в самых непригодных для жизни условиях? И поэтому у нас в Сызрани, возможно, самая лучшая интеллигенция страны — не самая известная, но самая качественная».

Она сорвала овацию. Я почувствовала себя виноватой. Поэтому я села на сцене на стул, и сказала: у кого есть еще вопросы, пусть и не по теме — давайте разговаривать, время у меня есть.

И мы проговорили еще 2 часа.

У организаторов за кулисами стыла водка и шикарный стол для ленинградской гостьи, они подавали мне разные знаки, а мы с залом говорили — про Соловей, Богатырева, Авербаха, Михалкова, Асанову, про Товстоногова и Эфроса, про трудности с писанием и публикацией, и про то, что люди здесь в курсе последних достижений высокого театра и современной литературы, но убедиться в справедливости того, что пишут про это в газетах, они не могут: кино, толстые журналы и литературная классика — это всё, что у них есть. Но им этого, в общем, достаточно, чтобы быть интеллигентными людьми.

Назавтра, когда я гуляла по городу, со мной уже многие здоровались.

И каждый говорил: Леночке от нас передайте привет!

Потом, вернувшись домой, я подняла биографические справки по Соловей — и нигде в них не упоминалась Сызрань. И вообще, как-то всё было в её официальной биографии мутно — как-то вяло упоминалось всё: родилась в Германии, с такого-то времени жила в Москве, потом — в Ленинграде. И никакой Сызрани.

А целый город ее помнил и ею жутко гордился, и мне в яуфы напихали фрагментов с ее участием.

До сих пор не понимаю, что это было.

Да я бы и не вспомнила про эту свою поездку и не написала про нее, но сегодня — 70 лет Елене Яковлевне Соловей, удивительной актрисе и потрясающей женщине.

И сегодня я, как некогда жители города Сызрань, прошу: Леночке от нас привет передайте — кто может!

Мы ее любим и помним!

Темы

РосПрограммы ММКФ Алексей Герман Илья Авербах Мастерская Первого и Экспериментального фильма Автор: Ирина Павлова Алиса Фрейндлих Олег Басилашвили Ефим Копелян Квентин Тарантино Кинофестивали Радио Вия Артмане Отар Иоселиани Кира Муратова Михаил Козаков Андрей Звягинцев День Победы Публичные встречи Лекции Мировое кино Никита Михалков Бернардо Бертолуччи Крошка-енот Публикации в СМИ Наталья Пушкина Олег Стриженов Блог Римма Маркова Марчелло Мастроянни Текст Видео Игорь Владимиров Иосиф Кобзон Юрий Павлов Анатолий Эфрос Павел Лебешев Круглый стол Авдотья Смирнова Алексей Балабанов Футбол Фото Юрий Богатырев Наше кино Николай Лебедев БДТ Людмила Гурченко ТВ Борис Хлебников СМИ о нас Юрий Никулин Андрей Петров Коронавирус Расписание РосПрограмм Федерико Феллини Андрей Тарковский Георгий Товстоногов Карен Шахназаров Елена Соловей Ленфильм Эва Шикульска   Автор: Марианна Голева Николай Еременко Автор: Юрий Павлов Светлана Крючкова Дом кино Лариса Гузеева Евгений Леонов Франко Дзеффирелли Пушкин

Дом Павловой

Культурно-просветительский проект

Ирина Павлова в Фейсбуке

Страниц в других соцсетях у Павловой нет.

Дом Павловой

Культурно-просветительский проект

Обо мне Павлов О проекте Видео | Лекции
Тексты | Публикации в СМИ | Блог
РосПрограммы ММКФ

Ирина Павлова в Фейсбуке

Страниц в других соцсетях у Павловой нет.

Аккаунты проекта в соцсетях: