А всё-таки, удобная это штука — стена в ФБ!

Вот сами посудите.

Живет себе человек (хоть бы и я, к примеру), у которого десятилетиями выработавшаяся привычка постоянно писать. То есть, это уже почти на автомате.

Мне проще записать иную мысль, чем ее же устно сформулировать.

Затем: меня, допустим, интересуют многие вещи, которые практически никого из моих друзей и коллег не интересуют совершенно.

То есть, поговорить о них мне решительно не с кем.

Плюс к этому, такая есть еще данность: я делаю ежегодную программу большого кинофестиваля. И, стало быть, занимайся я постоянно кинокритикой (своей основной и любимой профессией), врагов в киносообществе наживу немеряно-несчитано (это я уже проходила; знаю, о чем говорю!).

Да и плевать бы на их вражду, если честно. Не привыкать-стать.

Но весной я к ним же, к этим обиженным мною людям, должна буду обращаться с просьбой дать мне фильм в программу.

Меньшая часть из них — адекватные и вменяемые — и не вспомнят, что несколько месяцев назад я проехалась по их творению танком, и фильм дадут.

Большая — обидчивые и злопамятные — скажут: а не пойти ли вам, тётенька, лесом?

Словом, чаще всего приходится сидеть и помалкивать.

А тут я могу писать, что хочу, разговаривать обо всём на свете, и никто не скажет мне, что написанное мною — «неформат», что оно не помещается на полосу, что про книжки у них пишет другой человек, а про футбол — совсем-совсем другой.

Кстати, о футболе.

17 лет тому назад мы с мужем на Кинотавре в Сочи позвали нашего приятеля-актера посидеть в кафе на пляже и выпить рюмку-другую.

Обыкновенно этот наш приятель подобные предложения воспринимал с большим энтузиазмом.

А тут вдруг как-то скукожился, глаза отвёл, застеснялся весь, и сказал: «Не могу… Сейчас по телевизору футбол начнется».

Мы с Юрой были в шоке.

Нет, сказать «в шоке» — ничего не сказать.

Мы были просто убиты. Этот милый, интеллигентный человек, с тихим голосом и изящными манерами, с тонким вкусом и нестандартным умом — и футбол…

Бред какой-то. Стыд, стыд, и стыд.

Так мы ему и сказали, и гордо отправились выпивать.

А спустя буквально год случилось непредвиденное.

Я в ту пору работала главным редактором толстой газеты, и у меня уволился спортивный обозреватель. А полоса спортивная осталась — никуда не делась. Я потыркалась к одному специалисту. К другому. Все либо заняты, либо боятся своих главных редакторов (и межгазетной конкурентной борьбы). Словом, номер выпускать — а полоса пустая.

Засада.

И тут я вспомнила, как наш любимый институтский профессор, старенький и хрупкий, однажды поразил нас тем, что имел роскошный набор слесарных инструментов. Любой сантехник мог бы позавидовать. И на немой вопрос ответил: «Давным-давно я понял, что если пьяный человек с двумя классами за плечами может починить эту штуку, то неужели я, с моим образованием и моими мозгами не смогу?». И починил, и научился, и забыл про сантехников навсегда.

Так и я спросила себя: неужели я не смогу разобраться в том, как 11 мужиков катают по полю мячик, какие там правила, и про что орут болельщики?

Ох, лучше бы я этого не делала.

Я усадила перед телевизором своих мужчин (которым этот футбол был глубоко до лампочки). Им было меня жалко, и они согласились.

Потом я позвонила приятелю, который хорошо в футболе разбирается, ходит на стадион, и всё такое прочее. Он мне какие-то вещи объяснил, подсказал, и я статью написала, и никто не заподозрил, что писал её форменный «чайник» (я, конечно, подписалась псевдонимом).

И еще раз мне пришлось это сделать.

И этого хватило.

Мы всей семьей на это дело «подсели», как говорится.

И сегодня уже мои друзья удивляются и смотрят на меня с жалостью, когда я говорю им, что не могу пойти (посидеть, повидаться, посмотреть и т. п.), потому что футбол.

Смешно, правда?

А три самых-самых мощных моих футбольных впечатления — это игра Зенита с Вильяреалом (в Кубке УЕФА), когда наших убивали-убивали, а парни, как маньяки, всё бодались и бодались, даже когда гнида-судья удалил двоих игроков и дал Славке Малафееву ЖК… Я тогда поняла: могут.

Потом матч с Рейнджерс.

Даже не сам матч, а ночь после матча.

Я была в Питере. Стояла прохладная весна, мы смотрели футбол с сыном на кухне питерской квартиры, законопатив все щели, и орали шепотом, потому что только что уснула моя крохотная внучка.

Потом догадались включить телефон на громкую связь (Юра был в Москве), и орали и бесновались уже втроем.

А после победы и выигрыша Зенитом кубка мы с сыном выскочили на Невский в шарфиках, и навстречу шли двое в шарфиках ЦСКА, и с криками «Ура!» стали обнимать нас с Ильей и тискать, и, пользуясь моим малым ростом и весом, начали меня подбрасывать, Илья насилу меня у них отбил.

По Невскому ехала дорогущая машина, ну, какая-то за совсем безумные деньги — Бентли, кажется. На борту у нее во всю длину краской из баллончика было написано «Зенит — чемпион!».

А потом мы столкнулись с моим другом. Он очень богатый человек, почти олигарх, к тому же потомок аж трех русских аристократических родов, фактически, Рюрикович. Он был пьян в стекло. По пояс гол. Разрисован зенитовскими цветами. С ним было еще несколько таких же пьяных разрисованных мужиков, они трескали из горлА шандон, и поливали этим шандоном Невский, и нас заставили выпить, хотя было холодно и водка была бы предпочтительнее шампанского.

А потом толпа уже повалила валом, и мы перестали разбирать, с кем целуемся, с кем обнимаемся.

В толпе не было вообще никакой агрессии, было только офигительное счастье, и мы орали, как резаные. Менты уговаривали: «Граждане, покиньте проезжую часть!». Их никто не слушал.

Я такого прежде не видела никогда.

Когда мы дошли до Дворцовой, то увидели, как со всех сторон туда стекаются толпы людей, как в Новый год, и около Александрийской колонны плясал вприсядку дедок какой-то, тоже в дрова пьяный…

Ах, как было здорово!

Ну, и, конечно, матч с голландцами на чемпионате Европы-2008

Феерия.

Я поняла, что мир сошел с ума, когда мне позвонила мама (ей было 83, и весь этот футбол ей нафиг не сдался), и верещала: «Ты видела? Нет, ты это видела? А?»

«Вечеринка» в самом деле удалась!

Это я всё, собственно, к тому, что я в футболе не особо гурманствую: я, главным образом, за наших болею. 🙂

Темы

Алиса Фрейндлих Михаил Козаков Георгий Товстоногов Мировое кино Фото Квентин Тарантино Расписание РосПрограмм Андрей Звягинцев Юрий Никулин Иосиф Кобзон Ленфильм Отар Иоселиани Лариса Гузеева Евгений Леонов Илья Авербах Олег Стриженов Ефим Копелян Андрей Тарковский Лекции Публичные встречи Марчелло Мастроянни Никита Михалков День Победы Мастерская Первого и Экспериментального фильма Елена Соловей Коронавирус Николай Лебедев   Светлана Крючкова Игорь Владимиров РосПрограммы ММКФ Публикации в СМИ Дом кино Олег Басилашвили Эва Шикульска Наше кино Наталья Пушкина Юрий Богатырев Пушкин Алексей Герман Карен Шахназаров Крошка-енот СМИ о нас Федерико Феллини Кира Муратова Людмила Гурченко Круглый стол Алексей Балабанов Вия Артмане Франко Дзеффирелли Бернардо Бертолуччи Борис Хлебников Павел Лебешев Радио Видео БДТ Римма Маркова Николай Еременко Футбол Андрей Петров Юрий Павлов Анатолий Эфрос Кинофестивали Авдотья Смирнова Блог ТВ Текст Автор: Ирина Павлова Автор: Юрий Павлов Автор: Марианна Голева

Дом Павловой

Культурно-просветительский проект

Ирина Павлова в Фейсбуке

Страниц в других соцсетях у Павловой нет.

Дом Павловой

Культурно-просветительский проект

Обо мне Павлов О проекте Видео | Лекции
Тексты | Публикации в СМИ | Блог
РосПрограммы ММКФ

Ирина Павлова в Фейсбуке

Страниц в других соцсетях у Павловой нет.

Аккаунты проекта в соцсетях: