Путь к себе

Сказать по чести, я не понимаю, что происходит.

Нет, вернее, не так: я боюсь понимать, что происходит.

Если судить по сегодняшнему кино, внезапно обнаруживается, что современные кинорежиссеры, вполне успешные люди, вдруг затосковали по прошлому.

Во всяком случае, именно такой вывод можно сделать, если посмотреть подряд все ленты нынешней программы «Новое кино», сделанные в 2010–2011. То есть, в результате такого просмотра получится некая длинная лента про то, как шли-шли, куда-то пришли, но пришли настолько не туда, что хочется обратно, откуда когда-то вышли.

Я сразу вспомнила давний фильм «Духов день» Сергея Сельянова. Там была рассказана старинная притча, которая с буквальной точностью формулирует, ПРО ЧТО сегодняшнее российское кино.

Дословно по памяти сегодня уже не процитирую, но за точность пересказа ручаюсь.

«Цыгане когда-то вышли из Индии, влекомые важной и великой целью. Но пока шли, поколения сменялись поколениями, и цыгане забыли, куда и зачем шли. Поэтому теперь просто идут».

Сегодняшнее наше кино — аккурат про этот «путь цыган» незнамо куда.

Очень тревожный симптом.

В самом деле: едва ли не каждый фильм нынешней программы «Новое кино» прямо или косвенно отсылает нас в прошлое, или выставляет горькую оценку сегодняшнему дню. Скажу сразу: если бы сюда добавились ленты, по тем или иным причинам в программу не попавшие, картинка оказалась бы еще более репрезентативной.

Собственно, эпиграфом ко всей программе мог бы стать вопрос, заданный отцу подростком из фильма Бакура Бакурадзе «Охотник»: «А что такое Советский Союз?!».

Это определяет базовую смысловую доминанту сегодняшнего кино.

В самом деле: едва ли не в каждой картине персонажи или тоскуют по ушедшей эпохе, или пытаются в нее вернуться, или просто в ней живут (ибо действие происходит в прошлом). Но даже если «здесь и сейчас» — то, конечно, корни этого «здесь» и этого «сейчас» — там, за облаками.

Мучительно выясняет отношения настоящего с прошлым автор «Цитадели» Никита Михалков. Война в его фильме становится буквально мерилом всех вещей, то проявляющим человеческую природу, как лакмус, то искажающим, как кривое зеркало.

Отправляются на поиск собственного прошлого герои двух «военных лент» — «Возвращения в «А» Егора Кончаловского (совместное производство Казахстана и России, спецпоказ) и «Снайпера Саха» якутского режиссера Никиты Аржакова. Именно там и тогда случилось не только самое страшное, но и самое яркое в жизни героев этих картин. Именно там, собственно, и состоялась сама их жизнь. И нужды нет, что войны были разные, зато жизнь там была настоящей, с выраженной ценностью каждого мгновения. Только там и тогда они могли «не думать о секундах свысока». Вся последующая жизнь героев — лишь отголосок этого великого и трагического прошлого.

Застряли в собственном прошлом и персонажи «Громозеки» Владимира Котта, переживающие кризис среднего возраста и обнаруживающие, что жизнь прожита впустую, а всё лучшее осталось в далекой юности, когда жизнь была полна предвкушений.

Страстно ищет корни самого себя не желающий примириться с обыденностью сегодняшнего дня юный герой ленты Дмитрия Поволоцкого и Марка Другого «Мой папа — Барышников». Нужно ли объяснять, что корни эти там, в СССР, откуда смог вырваться «выбравший свободу» мнимый папа-танцовщик.

Экранизация пелевинского культового романа «Generation П», осуществленная Виктором Гинзбургом, естественно, уводит нас в «лихие 90-е». Для всех, кто взрослел в ту эпоху, пелевинская вещь стала чуть ли не тем же, чем для поколения их родителей была ерофеевская сага «Москва-Петушки». И в этом контексте прошедшие 20 лет — вакуум. Безвременье. О котором и вспоминать не хочется, и вспомнить-то нечего. То есть, опять-таки: если что и вспоминается, то только гонки на мерсах, стрельба, кидалово, «грибы».

И, разумеется, лента про «эпоху вакуума», словно специально, смогла осуществиться лишь сейчас, когда водораздел этот стал уже чем-то вроде мифа.

Мифа, который с упоением творит сегодня сам себя — в любой форме. Хоть в форме «ПираМММиды» Эльдара Салаватова, хоть в форме «Бабла» Константина Буслова.

А ведь за эти 20 лет выросло вполне себе автономное от СССР поколение. То самое, которое не получило в наследство ровным счетом ничего.

И потому дальше начинается кино «про наследников».

В прямом и переносном смысле.

Про тех, кто ощущает себя обворованным и разоренным наследником великих эпох — подобно героине ленты Авдотьи Смирновой «Два дня».

Про тех, кто не желает смириться с «потерей наследства», как в картине Андрея Звягинцева «Елена».

Повторюсь: это очень разные фильмы, но в них удивительным образом одновременно возникло это ощущение драматической утраты связи времен, и современные художники то бьются в тщетных попытках ее восстановить, подобно Принцу Датскому, то констатируют безнадежность этих попыток, принимая всё свершившееся, как данность, и не видя дороги вперед.

В этом смысле особо характерными оказываются фильмы Славы Росса «Сибирь. Монамур» и «Охотник» Бакура Бакурадзе. И дело даже не в том, что картины во многом перекликаются между собой. Суть в другом. То самое отсутствие коммуникации, которое для героев лент о «большом городе» было чуть ли не программным, для героев фильмов «Охотник» и «Сибирь. Монамур» — вполне прискорбная часть окружающего мира, к которой надо либо приспосабливаться, либо… А вот не дано им второго «либо». Но и жить с подобной «данностью» нестерпимо и взрослым, и маленьким, особенно, если реальность так страшна. Концентрированно выразить мысль, пронизывающую обе ленты, можно было бы фразой, которую в одном из интервью произнес режиссер Росс: «Милосердие выше справедливости. Только милосердие, только любовь может нас спасти».

И тогда в «сухом остатке» оказываются картины про «здесь и сейчас».

Здесь и сейчас — это фильмы про любовь и свободу.

Про тех, кто вообще приходит к полному отрицанию социума и социальных связей, подобно героям фильмов «Над городом» Юлии Мазуровой и «Как поймать магазинного вора» Евгения Семенова.

Про ребят из провинции, героев фильма Павла Костомарова и Александра Расторгуева «Я тебя люблю», которым вообще «по барабану» эти интеллигентские глупости. Для этих ребят понятие прошлого четко ассоциируется со словом «вчера», а понятие будущего — со словом «завтра». Это их временной порог. Дальше — ни в ту, ни в другую сторону — просто не заглядывают: незачем.

Можно сколько угодно разбирать недостатки одних фильмов и достоинства других, но смысл «поколенческого послания» от этого практически не изменится. Мало того, чем лучше фильм, тем меньше в нем обнаружится авторское видение перспективы.

Ну, разумеется, кроме тех самых «милосердия и любви», которые актуальны во все эпохи.

Возможно, это и есть начало «пути к себе». А как иначе?

Естественно, что потрет киногода был бы неполон без неигрового кино. В программе «Новое документальное кино» представлены как работы известных мастеров — Сергея Мирошниченко, Ирины Уральской, Сергея Дебижева, Тофика Шахвердиева, так и ленты совсем молодых кинематографистов. Из 24 картин программы треть — дебюты. Обширна «география» работ: фильмы программы созданы на киностудиях Москвы, Санкт-Петербурга, Екатеринбурга, Уфы, Нальчика.

Новая российская анимация — это всегда самая «лакомая» для публики программа. Более 40 короткометражек плюс одна полнометражная лента.

Полный метр — это фильм «Три богатыря и Шамаханская царица» Сергея Глезина, сделанный увлекательно, с юмором, и способный заинтересовать не только детей. Но и их родителей. Среди авторов короткометражных лент — и дебютанты, и звёзды российской анимации, такие как Иван Максимов, Мария Муат, Владлен Барбэ.

Российские программы в нынешнем году представляют уникальную ретроспективу, озаглавленную «Дебюты юбиляров». Так случилось, что крупнейшие мастера отечественного кино в межфестивальный год отметили свои юбилеи. Это дало нам возможность посмотреть, с чего начинались их кинокарьеры, как они воспринимали мир, когда только делали первые шаги в профессии.

Программа студенческих фильмов — лауреатов различных фестивалей и конкурсов — наша попытка заглянуть в ближайшее будущее российского кино. Мы уверены, что имена участников этой программы совсем скоро окажутся у всех на слуху.

Специальным событием программы станет юбилейный вечер режиссера и педагога Владимира Фенченко, человека, картины учеников которого — непременные участники «Российских программ» последнего десятилетия.

В рамках традиционного дискуссионного клуба Российских программ ММКФ
состоятся круглые столы.

Темы

Михаил Козаков Кира Муратова Фото Алиса Фрейндлих Квентин Тарантино Иосиф Кобзон Римма Маркова Елена Соловей Мастерская Первого и Экспериментального фильма СМИ о нас Игорь Владимиров Автор: Ирина Павлова Круглый стол Алексей Балабанов Юрий Богатырев Юрий Никулин Илья Авербах Пушкин Коронавирус Борис Хлебников Лекции Футбол Франко Дзеффирелли Ефим Копелян Дом кино Евгений Леонов День Победы Светлана Крючкова Блог Ленфильм Текст Автор: Марианна Голева Андрей Петров Марчелло Мастроянни Николай Еременко Лариса Гузеева Видео Людмила Гурченко   Расписание РосПрограмм Юрий Павлов Олег Басилашвили Эва Шикульска Никита Михалков Кинофестивали Павел Лебешев Николай Лебедев Бернардо Бертолуччи Карен Шахназаров Публикации в СМИ ТВ Олег Стриженов Андрей Тарковский Мировое кино Радио Отар Иоселиани Наше кино Андрей Звягинцев Георгий Товстоногов РосПрограммы ММКФ Публичные встречи Крошка-енот БДТ Автор: Юрий Павлов Анатолий Эфрос Алексей Герман Авдотья Смирнова Наталья Пушкина Вия Артмане Федерико Феллини

Дом Павловой

Культурно-просветительский проект

Ирина Павлова в Фейсбуке

Страниц в других соцсетях у Павловой нет.

Дом Павловой

Культурно-просветительский проект

Обо мне Павлов О проекте Видео | Лекции
Тексты | Публикации в СМИ | Блог
РосПрограммы ММКФ

Ирина Павлова в Фейсбуке

Страниц в других соцсетях у Павловой нет.

Аккаунты проекта в соцсетях: