С надеждой и без…

Сегодня утверждения о том, что современный российский кинематограф находится на подъеме, стали уже общим местом. А ведь, в сущности, под этими словами подразумевается, всего-навсего, некое состояние финансовой стабильности, в результате которого снимается достаточно большое количество фильмов. Возникновение отечественных блокбастеров, имеющих заметны коммерческий успех, тоже перестало быть новостью. То есть, внешне в Российском кино всё обстоит вполне благополучно.

Однако, пожалуй, не стоит обольщаться этим внешним благополучием.

По правде говоря, процессы, происходящие в нашем кино, дают гораздо меньше оснований для оптимизма, чем хотелось бы, и чем следует из официальных сводок. Сегодня, видимо, стоит говорить об огромном влиянии, которое оказывает нынешний сериальный поток на игровое кино. Это влияние заметно во всем: в манере актерской игры, в композиции кадра, в режиссерских приемах, в сюжетных доминантах. Можно, к примеру, радоваться возросшей изобразительной культуре нашего кинематографа, а можно заметить тенденцию к возникновению чисто операторского кино, когда режиссерские огрехи как бы приглушаются качественной фотографией (кстати, не случайно все чаще применительно к изобразительному ряду в кино употребляется чисто телевизионный термин «качественная картинка»). Все чаще оператор и художник начинают доминировать в фильмах режиссеров-дебютантов. Всё чаще стилевой прием подменяет собой мировоззренческую авторскую позицию.

В сущности, в этом кинематографическом потоке, существующем достаточно спонтанно, всё труднее выявляются художественные тенденции. Впрочем, это не означает, что таких тенденций вовсе нет. Российские программы ММКФ представляют собой широкий срез, если угодно, своего рода «спектральный анализ» этих тенденций.

Мир гламура, который еще совсем недавно был едва ли не визитной карточкой стиля в нашем кино, развернулся с точностью «до наоборот». В сегодняшнем российском кино наметилась тенденция к осмыслению реальности как некоего Дантова «Ада», в котором приходится существовать человеку, даже если он отчетливо понимает, что впереди — тупик.

Далеко не случайно список такого рода картин, о жесткости которых уже ходят легенды (причем, отнюдь небеспочвенные) возглавляет «Груз-200» Алексея Балабанова — в прямом смысле шокирующее кино. Балабанов в этой ленте пришел к той крайней степени натурализма, который на грани (а кому-то кажется — что ЗА гранью) нормального человеческого восприятия. История, жестокая сама по себе, рассказана с запредельной степенью безжалостности. Лента, сделанная рукой талантливого мастера, в каком-то смысле, оказывается крайним, почти тупиковым воплощением сюжета о жесткости жизни.

Впрочем, то что «Груз-200» — явление не единичное, а лишь вершинная точка тенденции, самоочевидно. Можно было бы назвать не менее 5 картин, созданных в рамках этого направления, но и те ленты, что вошли в программу «Новое кино России» — картины Валерия Тодоровского «Тиски» и Киры Муратовой «Два в одном», сделанные с куда меньшей мерой жестокости — тем не менее, являются прямым свидетельством того, что кинематографическая концепция «жизни — кошмара» реально существует. И неважно, что в ленте Тодоровского это сюжет о том, как вполне благополучное бытие человека внезапно может превратиться в те самые «тиски», обрушиться в полную безвыходность, а в картине Муратовой эта самая безвыходность — едва ли не исконный, «базовый» признак собственно жизни. К этому же ряду по смысловому стержню вплотную примыкает и лента Ларисы Садиловой «Ничего личного» (в рабочем варианте называвшаяся куда более экспрессивно — «Подсматривающий»). Ибо дело не только и не столько в уровне натуралистичности, сколько именно в уровне драматизма восприятия реальности. То, что несколько крупных мастеров, не сговариваясь, выступают со столь трагической и страшной концепцией мироздания — предмет для серьезных размышлений.

Одновременно с этим продолжает развиваться кинематограф, если угодно, являющий собою полную противоположность описанной тенденции: «бытийный», возвращающий нас к классической традиции российской культуры, с доминирующей мыслью о ценности жизни как таковой, о том, что в конце тоннеля непременно будет свет, надо только перетерпеть, надо только надеяться и верить. Кинематограф, где в центре — не событие (и даже не цепь событий), а судьба. «Путешествие с домашними животными» Веры Сторожевой, «Платки» Юрия Павлова, «Искушение» Сергея Ашкенази, «Варварины свадьбы» Светланы Шиманюк — фильмы, сделанные в разной стилевой манере, снятые режиссерами различных поколений, обладающих, если угодно, совершенно несхожим жизненным опытом. И, тем не менее, каждая из этих историй — это, прежде всего, история человека, его драм и поисков, его смятения, прозрений и обретения себя. В этих историях мало общего, и всё же их объединяет главное — то, что как заклинание произносится в отечественной литературе со времен чеховских «Трех сестер»: «Хочется жить. Надо жить. Будем жить!».

Две картины, посвященные событиям Великой Отечественной, сняты не только в полярно несхожей стилистике (что не мудрено), но и с совершенно несхожей интонацией. Дебютантка Мария Мажар предлагает в своей ленте «Враги» жестокую драму, а классик «Ленфильма» Виталий Мельников в своем новом фильме «Агитбригада «Бей врага!» возвращает нас к жанру романтической комедии. Причем удивительно, насколько интонационно последняя по времени лента Мельникова перекликается с его перым фильмом «Начальник Чукотки».

Еще не так давно казалось, что на экраны хлынула волна фильмов о молодежи. Сегодня — будем надеяться, временно — эта волна иссякла. Зато появилось несколько фильмов-дебютов не вчерашних студентов или клипмейкеров, а знаменитых титулованных кинематографистов. В нашей программе это — фильм «Отрыв», снятый классиком отечественной кинодраматургии Александром Миндадзе по собственному сценарию, и картина «Сорок» — дебют в кинорежиссуре популярного актера и известного театрального режиссера Александра Галибина. Характерно, что Галибин, с его устоявшейся театральной репутацией режиссера-авангардиста, ученика Анатолия Васильева, снимает боевик, зато Миндадзе, чей гипер-реализм всегда был сдобрен некоей «щепоткой сумасшедшинки» работает в своем классическом ключе, соединяя остросоциальную драму с той самой нотой «легкого бреда».

Ровно год назад в нашей программе должна была появиться — с пылу-с жару — новая лента Валерия Огородникова «Путина». Весь кинематограф Огородникова — это неспешный путь к себе. Начав «рок-клубовским» фильмом «Взломщик», талантливо поиграв в «неформальное кино», Огородников постепенно продвигался в мир, до боли ему близкий — в мир провинциальных уральских городков, где остры и очевидны человеческие конфликты, где время и люди — это Вселенная, живущая по своим особым неписаным законам. Этот полный творческих сил и идей, запрограммированный на долгую жизнь человек, ушел внезапно и трагически, на подъеме. А год спустя к нам вернулась его последняя работа…

Неожиданным может показаться появление в программе ленты Отара Иоселиани «Сады осенью». В самом деле, где российское кино — а где Мишель Пикколи? Но, помимо формального признака (российское участие в создании фильма), Иоселиани снял едва ли не самую русскую картину за весь свой французский период. Честное слово, ироническая, полная чисто иоселианиевского гедонизма, история про вышедшего в отставку важного чиновника, быть может, способна поведать нам о нас самих куда больше, чем иные полностью снятые в России фильмы.

И, разумеется, одним из самых ожидаемых событий программы оказывается «Изгнание» Андрея Звягинцева. И не только потому, что лента была представлена в конкурсной программе Каннского фестиваля, что была награждена вполне себе престижной премией за лучшую мужскую роль. Прежде всего потому, что Звягинцев — один из тех крайне немногих художников, благодаря которому в нашем кино сохраняется еще одна классическая модель: глубинно философский кинематограф. Кинематограф размышления и созерцания, в котором одинаково важны и одинаково работают на общий замысел все художественные компоненты.

Российские программы представляют широкую панораму нового документального и анимационного кино.

Современная кинодокументалистика все больше тяготеет к телевидению. Это и понятно: сегодня для неигрового кино именно телевидение — едва ли не единственная возможность встречи со зрителем. Но именно телевизионная специфика всё чаще заставляет документалистов жертвовать эстетическим поиском, всё больше акцентирует кинодокументалистику на занимательности изложения. Тем не менее, в программе «новое документальное кино» зрителя ждет встреча не просто с самыми новыми кинолентами, но и, главным образом, с лентами, созданными в параметрах киноискусства, а не телепрограммы.

Своей особой жизнью живет сегодняшняя анимация. Быть может, именно на этот вид киноискусства менее влияет диктат рынка. Именно в анимации сегодня мирно сосуществуют полнометражные коммерческие проекты вполне достойного уровня, детские мультфильмы и собственно философская анимация, всегда выделявшая наших мастеров в общемировом контексте.

Особо хочется остановиться на ретроспективном показе. Прежде всего, на ретроспективе «Возвращение фильма». Это — продолжение начатого еще в минувшем году показа фильмов, которые по тем или иным причинам выпали из широкого кинематографического бытования, не мелькают на экранах телевизоров, практически незнакомы сегодняшнему широкому зрителю. Увы, таких фильмов много, хотя эти ленты, в большинстве своем — обладатели множества международных и внутренних фестивальных призов. Каждый из этих фильмов вышел в не самое счастливое для себя время и при не самых счастливых обстоятельствах. Иные из них были выпущены «ограниченным тиражом», другие просто никогда не попадали в прокат. Показанные на кинофестивалях, эти фильмы оказались незаслуженно забыты или полузабыты, подчас растворив в этом «полузабвении» и судьбы своих создателей. Но в каждой из этих картин бьется яркая режиссерская энергетика, они полны свежих (и по сей день свежих!) художественных идей, а философия каждой из лент ретроспективы — несмотря на всю их несхожесть меж собой — абсолютно современна. Именно этими качествами определялся подбор фильмов ретроспективы. И, быть может, наша ретроспектива поможет этим лентам вернуться и в зрительское сознание, и просто в нашу сегодняшнюю жизнь.

В нынешнем году широко отмечается 75-летие Андрея Тарковского. Именно сегодня становится особенно заметно, какое значение для отечественного кинематографа и культуры в целом имело творчество гениального мастера, как остро не хватает подобной личности в наше время. Хотя, если быть совсем честными, представить себе существование Тарковского в сегодняшнем кинематографе (а если шире — то и в современной действительности) довольно сложно (как сложно представить в сегодняшнем контексте Высоцкого или Шукшина). Именно этими соображениями продиктован выбор юбилейной ретроспективы: не фильмы Тарковского, а фильмы о Тарковском. А учитывая то, что именно в дни фестиваля исполнится 100 лет со дня рождения отца художника, выдающегося российского поэта Арсения Тарковского, оказавшего на творчество сына огромное влияние, специальным событием Российских программ станет юбилейный вечер, посвященный этой дате. Это не просто художественный тандем отца и сына, это — если угодно — та интеллигентская преемственность, та связь поколений, которая еще совсем недавно была основой русской культурной традиции, и которая сегодня совершенно исчезла (несмотря на то, что сами династии в кино по-прежнему распространены).

Собственно, Российские программы являются своего рода отражением образа межфестивального киногода, позволяют выявить новые направления и тенденции в современном отечественном кинопроцессе. Среди лент, которые будут показаны в Российских кинопрограммах, есть абсолютные премьеры — картины, которых ранее никто, кроме самих создателей, не видел, а есть фильмы, уже успевшие громко о себе заявить.

За год появилось множество картин, которые уже успели прогреметь в прокате, и сегодня именно это становится причиной их отсутствия в программе (хотя бы потому, что имеет смысл дать шанс встречи со зрителем тем лентам, которые, очевидно, не рассчитаны на столь счастливую прокатную судьбу). В любом случае, наше кино — хочется нам этого или нет — «зеркало нашей жизни». А на зеркало, как известно, пенять не стоит.

Темы

ТВ Юрий Богатырев Пушкин Кира Муратова Отар Иоселиани Автор: Юрий Павлов Олег Басилашвили Алиса Фрейндлих Иосиф Кобзон Людмила Гурченко Коронавирус СМИ о нас   Алексей Герман Алексей Балабанов Радио Мастерская Первого и Экспериментального фильма Круглый стол Публичные встречи Наталья Пушкина Лекции Вия Артмане Автор: Ирина Павлова Кинофестивали Олег Стриженов Франко Дзеффирелли Михаил Козаков Андрей Звягинцев Игорь Владимиров Евгений Леонов Публикации в СМИ РосПрограммы ММКФ День Победы Ленфильм Блог Борис Хлебников Илья Авербах Наше кино Федерико Феллини Георгий Товстоногов Анатолий Эфрос Авдотья Смирнова Мировое кино Эва Шикульска Андрей Петров Николай Лебедев Марчелло Мастроянни Дом кино Римма Маркова Павел Лебешев Андрей Тарковский Николай Еременко Ефим Копелян БДТ Юрий Павлов Футбол Бернардо Бертолуччи Фото Видео Автор: Марианна Голева Светлана Крючкова Текст Расписание РосПрограмм Крошка-енот Лариса Гузеева Карен Шахназаров Никита Михалков Елена Соловей Юрий Никулин Квентин Тарантино

Дом Павловой

Культурно-просветительский проект

Ирина Павлова в Фейсбуке

Страниц в других соцсетях у Павловой нет.

Дом Павловой

Культурно-просветительский проект

Обо мне Павлов О проекте Видео | Лекции
Тексты | Публикации в СМИ | Блог
РосПрограммы ММКФ

Ирина Павлова в Фейсбуке

Страниц в других соцсетях у Павловой нет.

Аккаунты проекта в соцсетях: